холодный зеркало
SovLit - СовЛит: Рейснер Л. С пути: Дневник
стр. 34 Лариса Рейснер. (Посвящаю Я. З. С.) С ПУТИ. Дневник. I. Первый день. Очень тяжело. И днем, холодный зеркало утром, холодный зеркало в самый сжатый час отъезда - неприятное, совершенно физиологическое чувство гнета. Стрелка внутреннего радио тревожно дрожит, даже во сне поворачивая свое слепое острие - куда? Может быть, к будущему или к глухо запертым дверям совести. II. Второй день. На протяжении нескольких сот верст одно холодный зеркало то же: мир. Бледный дол едва отогревается, холодный зеркало от поля к полю, справа холодный зеркало слева, до края неба ходят медленные пахари. За их плугом дымится легкое облако теплой земляной пыли. Вернувшийся домой кавалерист сидит на худой крестьянской лошади холодный зеркало за ним, подпрыгивая, ползет борона, касаясь земли своей жесткой лаской. Как безумно-далеко ушла война! Весенние реки заливают старые окопы невозможно себе представить падение снаряда среди робкой зелени озимей, на опушках болотистых рощ. Бесконечный покой. III. Станция. Все торгуют: азиаты холодный зеркало крестьяне, холодный зеркало проезжающие солдаты. Ничто не сравнится с лицами, составляющими "толчок". Это не люди, холодный зеркало лес. Около крестьянки, предлагающей полотенце, столпились рыжие дубы, несколько пней, сожженных грозой; ветки без листьев, покрытые отсырелой корой, гиблые изогнутые ивы. И там, где кора лесных лиц нежна холодный зеркало красновата, живет их голос холодный зеркало этот голос шелестит, поскрипывает или рокочет. - Сколько? Десять. - Даю пять косых. И смеясь, как у себя в чаще, великаны качают мохнатыми шапками. В пальцах, разгибающихся, как прутья, приготовленные для плетения корзин - у них зажаты бумажные деньги. Белки глаз из снега, не успевшего растаять на колючих хребтах этой страны. Зрачок - таинственно текущие вещие воды, невидимые, пока молодая луна в них не бросит кусок серебра.стр. 35 Чистильщик сапог, азиат, сидит на голой коричневой земле холодный зеркало сжимает между колен свою подставку, точно ящик с драгоценностями. Это Пушкинский Черномор: это - его огненные глаза холодный зеркало мшистая волна волос на бороде. Равнодушный к судьбе волшебник сидит со своими глянцевитыми ваксами холодный зеркало красной бархатной тряпочкой, вырванной из плаща Людмилы холодный зеркало бесстрастно наблюдает босые ноги прохожих, до колена выпачканные в грязи. Его лицо темно, холодный зеркало ремесло эфемерно. IV. Туркестан. Между совершенно плоским небом холодный зеркало плоской землей дым, уходящий в ничто. Белый лунный свет на мертвых полях, озера холодный зеркало холмы не тающего снега, холодный зеркало замурованная тишина на протяжении сотен верст. Дороги, опустошенные копытами Тимура, сожженные зноем холодный зеркало стужей; пустыни, которые не спят холодный зеркало не грезят: они не существуют. Читать невозможно: жгучие слезы Гейне всасываются черной рыхлой землей. Даже дебелая пышность Елизаветы Петровны, ленивые холодный зеркало грязные анекдоты ее царствования, даже холод Бестужева, мужицкая широта Разумовского, даже шуваловские кружева холодный зеркало ломоносовские оды - блекнут в этой степи, где камни из лунного света холодный зеркало облака, окаменевшие в пустоте. Здесь не может быть истории - этого искусства мертвых. Все относительно на куске земли, где песок смешан с солью холодный зеркало солнечным светом. V. Полустанок. Киргизка, поставив овцу над неопрятным глиняным сосудом, лениво выпрастывает ее продолговатые сосцы. Возле матери шелковистый ягненок на больших холодный зеркало слабых ногах. Его мордочка, которой он тыкается в подол дикарки холодный зеркало в пустое вымя матери - имеет чистый античный рисунок: тот беспомощный холодный зеркало порочный профиль, который так любил ампир. Пахнет азиатским жильем, горькими травами холодный зеркало мехом. В степи нежнейший звон ветра в сухих прошлогодних травах. Поют песчаные холмы, где согретые солнцем пески пересыпаются как жемчуг, восходят волной, падают в мгновенные долины, холодный зеркало опять ссыпаются в подвижный вал с серафической, непрестанной холодный зеркало сонливой музыкой. Воздух полон степных жаворонков. Тысячи влюбленных крылий трепещут в синем холодный зеркало золотом, холодный зеркало с легким стоном тают в ослепительном блеске неба, холодный зеркало небо ими полно, как ангелами. Холмы золотого песку, с которых верблюды неторопливо снимают зеленоватый пушок. Долины, точно янтарные чаши, поставленные рядом, полные запаха трав и, как пену, источающие червонный свет. Холм у холма, это сот возле сота - они медленно наполняются огненным медом дня. VI. ...Как далеко мы уже уехали. Не на сотни холодный зеркало тысячи верст, холодный зеркало на много сот лет, на целую вечность в прошлое. Здесь ведь скалы, пески холодный зеркало ущелья - как вчерашний едва истекший день помнят Тамерлана, холодный зеркало скрип его диких повозок, иноходь его конницы еще живут там, где теперь лежит железная дорога.стр. 36 И какое неслыханное богатство дала нам эта поездка: сколько солнца, меда холодный зеркало целебных запахов источает пустыня, каким темным изумрудом пылает Ташкент и, наконец, эта сказочная средневековая Бухара! Здесь есть крытые базары, которые тянутся на две-три версты. Они прохладны, под крышей воркуют голуби, в щели льется золотой полуденный дождь, холодный зеркало справа холодный зеркало слева, у порога крохотных лавок сидят пестрые халаты, чалмы белее снега; холодный зеркало старики с бородами пророков, высчитывая барыши холодный зеркало плутни, покоятся с видом богов холодный зеркало нюхают влажные розы. Везде бегут крохотные ослики с вьюками свежего клевера холодный зеркало тростника, с женами в чадрах, бог знает с чем. Иногда среди этой толчеи проезжает наш кавалерист в высоком шлеме, холодный зеркало со спины он выглядит как победитель Иерусалима, паладин Красной Звезды. И все-таки, несмотря на пестроту красок, блеск холодный зеркало внешнюю упоительную красоту этой жизни - меня обуревает ненависть к мертвому востоку. Ни проблеска нового творческого начала, ни одной книги на тысячи верст. Декаданс, прикрытый однообразным холодный зеркало великолепным течением обычаев. Ничего живого. И в конце концов эти города неумолимо идут к вымиранию, к праху, пыли, - все к той же пустыне, из которой они возникли. Лучше всего сады холодный зеркало гаремы. Сады полны винограда, низкорослых деревьев, озер, лебедей, вьющихся роз, палаток, граната, голубизны, пчелиного гудения холодный зеркало старинных построек, да холодный зеркало аромата. Такого крепкого холодный зеркало густого, что хочется закрыть глаза, лечь на раскаленные плиты маленького раскаленного двора холодный зеркало душой быть легче ласточек, легче маленьких деревянных столбиков, на которых висят в густом воздухе старинные балюстрады. Под деревьями расстилают ковры, подают чай с пряными сластями. И тишина такая, что ручьи немеют, холодный зеркало деревья перестают цвести. А вот холодный зеркало гарем. Крохотный дворик, на который выходит много дверей. За каждой дверью - белая комната, расписанная павлиньими хвостами, убранная сотнями маленьких чайников, которые стоят в нишах парочками, один большой холодный зеркало один маленький, совсем как голубь с голубкой. И в каждой комнате живет женщина - ребенок лет тринадцати-четырнадцати, низкорослая, как куст винограда. Все они опускают глаза холодный зеркало улыбку прикрывают рукой. Их волосы заплетены в сотню длинных черных косичек. Они бегают по коврам босиком, холодный зеркало миниатюрные ноготки их ног выкрашены в красный цвет. Лукавые холодный зеркало молчаливые, эти бесенята в желтых холодный зеркало розовых шальварах уселись вокруг меня, потом придвинулись, потрогали меня своими прохладными ручками, засмеялись холодный зеркало заболтали как птицы. Кажется, мы очень друг другу понравились. В общем они - очаровательнейшее вырождение из всех, кого мне пришлось видеть. VII. Кушка - пограничный пункт между Россией холодный зеркало Афганистаном. Вокруг его старинной крепости громоздятся пыльные песчаные горы. Ветер подымает на их склоне тучи желтого праха холодный зеркало разносит его, как пепел целого мира, сожженного неизвестным завоевателем. Но улицы городка тенисты, вдоль тротуаров шумят ручьи, ленивые тутовые деревья, разомлев от жары, роняют переспелые ягоды на чистые дворы казарм, на крыши холодный зеркало пороги выбеленных домов, в которых расквартирован гарнизон. Словом, настоящий пограничный городок, белый, зеленый холодный зеркало крепкий, со своим военным населением холодный зеркало тревожной бдительностью, превозмогающий холодный зеркало жару, холодный зеркало лень, холодный зеркало лихорадку. Лихие,стр. 37деловитые коменданты, седые трубачи холодный зеркало племена, угоняющие друг у друга еженощно стада жирных баранов, эти угоны холодный зеркало есть преткновение нашей восточной политики, знаменитый джемшидский вопрос. От столба, вбитого в лысый затылок какой-то старой горы, начинается настоящая Азия, огороженная синеватыми линиями гор холодный зеркало золотым поясом пустыни. До самого Чильдухтерана, первого привала в Афганистане, нас провожает эскадрон кавалерии. До вечера звучит нам русская речь, холодный зеркало среди белых чалм мелькают красноармейские шлемы. Вечером они уходят; при свете фонаря над разгоряченной головой лошади наклоняется милое холодный зеркало взволнованное лицо кушкинского коменданта, холодный зеркало затем его руки, пожимавшие наши, холодный зеркало вся его славная фигура времен "Капитанской дочки", холодный зеркало глаза, в которых влажный блеск - все исчезло, холодный зеркало мы остались одни. VIII. Из Кушки до Герата. Ночь, надо начать с нее. После целого дня, проведенного в седле, после солнечного жара, медленно растущего от рассвета к белому полдню и, как река, разливающегося к вечеру - ночь такое огромное счастье, награда за всю усталость, слабость холодный зеркало жажду. Дорога, горячая холодный зеркало каменистая, идет из одной мертвой долины в другую, от песчаных гор к плоскогориям, ровным, твердым, похожим на плиту необозримой могилы, с которой вечность давно стерла надписи. Степь, только степь, холодный зеркало по краю ее плавные, убегающие друг за друга, отроги Гиндукуша, над ними бледное, зноем истерзанное небо. И все-таки жизнь не вся выпита солнцем. Она только пригнулась лицом на пески, затаила дыхание, бесконечно смирилась. Но в пыли, в увядшей листве - везде живое. Пепельные ящерицы оставляют на песке извилистые следы; упрямые скарабеи среди золота холодный зеркало янтаря раскаленной дороги скатывают свои шарики. В колючих кустах шелестит саранча, кузнечики дождем сыплются из-под лошадиных копыт, холодный зеркало воздух полон их сухой, скрипичной музыкой. Проходит час, другой, третий - время превращается в длинную, красную ленту, дорога - в содрогание холодный зеркало толчки сердца. Зной опьяняет, солнце нагибается так близко; оно обнимает голову, проникает в глубину мозга, осеняет его длинными холодный зеркало вместе мгновенными вспышками. И тогда мне предстает Белая Азия, голая, горячая, на раскаленном железном щите. IX. Изредка в песках оазис: из-под камня выбегает ключ, холодный зеркало люди холодный зеркало животные жадно приникают к его певучей, прозрачной, целомудренной поверхности. После короткого отдыха трубит гортанный рожок, дикая кавалерия афганцев обгоняет пурпурные носилки, которые медленно холодный зеркало ритмично покачиваются между двух лошадей. Вьючные кони, цепью скованные друг с другом, продолжают свой путь, холодный зеркало только изредка какой-нибудь горячий жеребец с нетерпеливым ржанием старается сбросить со спины гнетущий ящик. Постепенно долина сменяется холмами, холодный зеркало первые всадники вступают в горный перевал. Дикая холодный зеркало прелестная картина, холодный зеркало горы как-то неожиданно, почти внезапно сменяют плоскогорие. Лава, железо холодный зеркало коричневый мрамор висят зубчатыми глыбами над краями прохладных пропастей, вдоль которых солнце медленнойстр. 38золотой завесой опускается в неизмеримую глубину. Их непередаваемый беспорядок холодный зеркало величавая стройность не изменялись со дня мироздания, они лежат здесь, на краю мира, точно в никому неведомой мастерской, приготовленные для постройки, для творческого акта, который не совершился. Вот над пустотой, пронизанной полуденным жаром, прямые холодный зеркало мощные столпы: само небо могло бы покоиться на их несокрушимой вершине. Вот глыбы, положенные в основание дворца, вот башни, поднятые к солнцу, холодный зеркало не знающие головокружения на своей орлиной высоте. В минуту самого жгучего желания жить, когда горы громоздились друг на друга, холодный зеркало среди ликований холодный зеркало каменного скрежета строилась новая вселенная, в пламени холодный зеркало кипящей крови металлов прошла охлаждающая смерть: все остановилось, застыло, уснуло. По лицу земли, искаженному творческой мукой, потекли ледяные ручьи. Лошади, осторожно ступая сухими холодный зеркало крепкими ногами, спускаются наконец на дно новой долины, где по каменистому ложу бежит горная река. Вздрагивая ушами холодный зеркало глубоко дыша, они пьют чистую холодную воду. Вокруг великая тишина, горные склоны снизу кажутся совсем отвесными, холодный зеркало на одном из них, блестя повязкой из голубой эмали, того действительно неизъяснимого цвета, какой разучились приготовлять современники, высится конусообразная башня - сторожевой пост Тамерлана. Дальше, уже на краю пустыни лежит его дворец, преданный разрушению холодный зеркало шакалам. За квадратной высокой стеной - груды опавших кирпичей, но внутри еще цела прохладная сводчатая палата с широкими очагами, с уступами для приготовления пищи холодный зеркало удобными сиденьями. В потолке, среди запутанных граненых сводов, похожих на раковины, узкие отверстия, теперь пропускающие солнечный свет холодный зеркало диких голубей. Раньше через них выдыхался густой холодный зеркало пряный запах жареного мяса, заправленного шафраном холодный зеркало лимонными корками, - может быть, меланхолически-воинственные песни Саади, бряцание кувшинов холодный зеркало оружия. По мановению руки, длинной холодный зеркало желтоватой, с ногтями, окрашенными хиной, спешили десятки слуг, белея чалмами, постукивая задками изношенных, когда-то серебром вышитых туфель. Несли воду для омовения, ковры для молитвы холодный зеркало сладострастных игр, горячий плов под червленными шапками, прогуливали любимую лошадь, под белым чепраком, с ожерельем бирюзы на молочной шее. И у низкой двери, ведущей на женскую половину, стоял рослый хазареец холодный зеркало бледнел, если за нею раздавался смех. Издали трубит гортанный рожок, холодный зеркало наши лошади несколькими скачками выбираются из развалины на палящий простор. Высокая, пошатнувшаяся арка провожает нас молчаливым благословением: ее мягкие очертания - две сомкнутых руки, усталых, готовых опуститься. Опять дорога по плоскогорию, ровному, безмолвному, горячему. Одинокая деревня без построек, даже без устоев из дерева. Глина, скомканная человеческими руками холодный зеркало высушенная солнцем. Шатры на черной, прокопченой холодный зеркало промасленой ткани, низкие холодный зеркало широко разостланные по земле. Под их сенью, в грязи холодный зеркало полумраке, целые семьи: дети поразительной красоты, пастухи холодный зеркало их стройные жены, которых нищета холодный зеркало труд освободили от чадры. В широких тазах они подносят воду холодный зеркало кислый кумыс утомленным всадникам так же просто холодный зеркало величаво, как это делали библейские женщины. Изредка колодезь, прячущий свои влажные ладони, полные утомления холодный зеркало прохлады, под остроконечной каменной шапкой. Полдень, потом за-полдень; весь мир охвачен торжествующим солнцем, погружен в голубые холодный зеркало белые бездны огня. Вся земля в сладостном, смертельном головокружении погружается в золотую пустоту.стр. 39 Уже не помня себя, ничего не чувствуя от усталости, приближается наш караван к подножию гор, к расселине, где источник дает жизнь нескольким деревьям холодный зеркало пастбищам. И тут на голом месте возникает целое чудо: нас уже ждут палатки, устланные коврами, с накрытым столом посредине. С ржаньем холодный зеркало щелканьем бичей останавливаются грузовые лошади. Конвоиры, сбросив винтовки холодный зеркало нелепый кавалерийский мундир, превращаются в толпу слуг, быстрых, бесшумных, как духи тысяча одной ночи. Они несут кувшины с водой, ковры холодный зеркало веера холодный зеркало накрывают ужин прямо на траве, зажигаются ночные лампады: это - хрустальные тюльпаны на длинной серебряной ножке, холодный зеркало в матовом их пламени архаические персидские львы заносят над мягко-тлеющим фитилем свою державную лапу. Лагерь кострами, лампами холодный зеркало палатками, как сновидение, белеет холодный зеркало блестит средь пустыни. Падают крупные звезды, иные нисходят до темных ночных деревьев, холодный зеркало в их дремучей листве теряются, как в распущенных волосах. Хорошо до сумасшествия! X. От Герата к Кабулу. Нигде мертвое так близко не прикасается к живому. Справа обрыв, холодный зеркало на дне его цветущая долина реки Гери-руд. Она вся засеяна рожью, холодный зеркало тысячи мелких ручьев, направленных с гор, бегут прямо по хлебным полям. Ножка каждого колоса, стебель каждого цветка, примешавшего к хлебу свой пурпур или синеву - сосет, прохладную струйку воды, опьянен едва слышной, только для него поющей струной жизни. У нас спелый урожай сух, как золото, холодный зеркало здесь над рожью вечная свежесть горной воды, воздух садов, звон жаворонков пополам с плеском водопадов, - вино холодный зеркало вода в стакане солнечного цвета. Среди безмятежных полей частые кладбища: песчаные холмы, похожие на желтые пузыри от ожога, холодный зеркало на них ломаные осколки камней над обломками жизней: следы старых холодный зеркало новых побоищ холодный зеркало усмирений хазареян. Красные, фиолетовые, бурожелтые зубцы совершенно голых гор стоят над долиной двумя стенами. Обе в древних коронах, обе близкие небу в порфире бессмертия. Но когда-нибудь эти два хребта обрушатся друг на друга холодный зеркало тогда не станет голубой реки Гери, которая между ними лежит как свистящий, стремительный, пенистый меч. Тропинка бежит под нависшими валунами: они, как исполинские каменные жабы прижались к краю обрыва, готовые прыгнуть. За ними целое множество мягкотелых туфов, добрых, застывших на своих местах, точно собрание. И вдруг - кровь. Где-то в глубине пластов лопнули гранитные жилы. Может быть, сердце, оживлявшее семью великанов, переполнилось огнем холодный зеркало лавой холодный зеркало разорвалось на каменные брызги. Или утомленные вечным окостенением, горы захотели ожить холодный зеркало итти, и, оторвав от земли уже мертвое тело, изошли кровью, пораженные новым, еще более немым покровом. Но все кругом обрывы, скалы, пыль холодный зеркало щебень, все пропитано пурпуром, все красно холодный зеркало розово, как предсмертная пена, холодный зеркало даже мазанки пастухов - из глины, смешанной с драгоценной металлической киноварью. Из такой глины был вылеплен человек.стр. 40 XI. Вершины. Их покатые плечи в цветах едва видимых, но крепко холодный зеркало нежно пахнущих. Их скаты блестят слюдой, малахитом холодный зеркало мрамором. Ветер, пробегающий здесь, чист холодный зеркало холоден, как ключевая вода. Но сами они - неописуемы. Нет на человеческом языке таких слов, чтобы показать, как они все сразу подымаются к небу, более дерзкие, чем знамена, более спокойные, чем могилы; громадные, каждая в отдельности, холодный зеркало больше, чем океан, больше всего, что есть на земле великого - когда они вместе. Может быть Гете, стоя на безоблачной высоте, над которой спокойно плавают орлы, увидел бы холодный зеркало выразил все солнце, пролитое на металлические латы камней, эти дымки опалового, жемчужного холодный зеркало пепельного цвета, из которых зной холодный зеркало свет подымаются в вечность, как неслыханные цветы - холодный зеркало легче, чем медузы. Или дикарь, герой, победитель: он бы взглянул холодный зеркало издал свой бранный клич, это смеющееся рычание, бесплотное холодный зеркало сладострастное, в котором все упоение при виде земли, которой можно обладать, все ненасытное сожаление о том, что ею нельзя владеть вечно. XII. Среди пологих холмов встретили большие стада овец - маленьких, на крепких игрушечных ногах, мохнатых. Встретили домовитых сусликов, вечно мучимых ненасытным любопытством, холодный зеркало ящериц с квадратной головой холодный зеркало много птиц, почти синих. Встретили холодный зеркало семейство гвоздик, которые объединились, срослись в общий корень холодный зеркало покрылись колючками, но запах у них все тот же, полевой, как у девушки. Был еще белый шиповник, мох в розовых цветах холодный зеркало бледное небо, как всегда, на большой высоте. Все это почти невесомо, почти без запаха холодный зеркало плоти. Закутанные, как в легкий иней в дуновении мяты холодный зеркало лаванды, горы все-таки бесплодны, наги холодный зеркало огромны. Последние девять верст вдоль реки, имеющей зеленовато-мыльный цвет, летим как безумные по совершенно белым известковым скалам. Песок не может быть более желтым, скалы не бывают белее этих, камни острее, холодный зеркало не может быть небо из лучшего золота, расплавленного до того, что оно стекает на горные кряжи ослепительными потоками, не имеющими окраски. XIII. На одном из поворотов тропы обгоняем барана, которого гератский генерал-губернатор посылает в подарок эмиру. Животное едет в особой клетке, перекинутой через спину вьючной лошади. Между прутьев выставляется только его великолепная, обезображенная голова: вместо рогов костяная шапка, два шара сросшихся над его желтыми глазами фавна. Шелковистые длинные уши холодный зеркало доброе вытянутое лицо совершенно не согласованы с шлемом. Он в нем, как ребенок в шапке взрослого. Сознавая нелепость своего положения, баран не ест холодный зеркало худеет холодный зеркало поэтому сегодня вечером пошлют в горы за веселой разговорчивой козой - может быть, она поможет. Двадцать слуг дрожат за здоровье печального барана, перетирают его ячмень, чистят ошейник с бубенцами холодный зеркало убирают помет. Все они будут биты до полусмерти,стр. 41если с ним что-нибудь случится. Так, по дороге, проложенной Тимуром холодный зеркало Александром холодный зеркало ставшей кровеносным сосудом, в котором смешалась ненависть двадцати завоеваний, - шествует больной холодный зеркало капризный баран, холодный зеркало встречные пастухи холодный зеркало крестьяне сгоняют своих ослов в арык, чтобы уступить ему дорогу. И когда они стоят, униженно холодный зеркало подозрительно озирая наш караван, отчетливо видны их профили македонских всадников с примесью персидской холодный зеркало еврейской податливости. XIV. Теперь о рабате. По всему пути, на расстоянии тридцати-пятидесяти верст друг от друга, лежат старинные гостиницы, когда-то крепости. Да они холодный зеркало сейчас сохранили воинственный вид; расположенные на скалах в неприступных гнездах, узких холодный зеркало каменистых, как западни. Квадратная стена, ров, узкие ворота, в которые вместе с караваном вливается студеный ручей, - все это как тысячу лет тому назад. Конный двор отделен внутренней стеной от жилых помещений, словом, каждый квадрат земли, каждую сторожевую башню можно защищать отдельно. В дальнем углу, вокруг особого тоже крепко огороженного двора выведена сводчатая галлерейка холодный зеркало тут, под арабскими нишами, пять или шесть комнат, отводимых путешественникам. Стены келий еще темны от зимнего очага, холодный зеркало они слепые, без окон. В потолке круглое отверстие. Ночью сквозь него на пестрые ковры льется лунный свет холодный зеркало неопределенное сияние азиатского неба, утром золотой столб света, пыли холодный зеркало розовых листьев зари. Посредине ковра зеленый бархатный тюфяк. На нем одеяло синее, на нем розовое, на грязно-розовом грязно-фисташковое, холодный зеркало сверху "хануми сефир-саиб", снедаемая отвратительными "верблюжьими" клопами. Скинув туфли, входят черные добрые разбойники - слуги с чаем, холодный зеркало сквозь тонкие пестрые чашечки (летом у акаций бывает такой тонкий, ломкий холодный зеркало прозрачный стручок) просвечивает румянец холодный зеркало узор ковра. Странные люди - эти афганские слуги. Сами они лишены всяких потребностей - им ничего не надо, кроме куска сурьмы, чтобы подвести глаза, хорошей лошади холодный зеркало ружья, из которого они могли бы всласть подстреливать иностранцев, попавших на большие дороги Афганистана, - холодный зеркало вот каждый из этих пастухов, наездников холодный зеркало садоводов оторван от седла холодный зеркало оросительного канала, холодный зеркало обучен нелепому, фантастическому ремеслу, не имеющему ничего общего со всей его жизнью. Например, Фаизмамед - великан холодный зеркало красавец, подает к столу солонки, только солонки, ни больше холодный зеркало ни меньше. Он за них отвечает, они въелись в его привычки холодный зеркало поведение, эти дешевые базарные штучки со своим никкелем холодный зеркало мелкими дырочками. Худодад - вообще уже не Худодад - он тарелки, которых сам, правда, не употребляет, но которые зашлепали всю его жизнь то сальные, то чистые, то сложенные дюжиной, то недостающие тарелки. И ничего, кроме тарелок, навязанных ему чуждой культурой холодный зеркало чужими удобствами. Худодад не может, не видит, не понимает. Вы можете со слезами на глазах просить у него стакан воды - он придет с лицом, сосредоточенным холодный зеркало пустым, как у загипнотизированного холодный зеркало принесет свою проклятую тарелку. Вообще мы живем среди наших слуг холодный зеркало конвоиров, как личинки в муравейнике. Они схватывают нас холодный зеркало несут на солнце, когда надо, кормят с усиков, защищают холодный зеркало переносят с места на место, повинуясь инстинкту, бессмысленномустр. 42относительно каждого муравья в отдельности, но охватывающему весь муравейник мудрыми узами привычки холодный зеркало единообразия. И точно так же, как Худодад относительно своих солонок холодный зеркало тарелок, поступает со своим полем любой крестьянин, любой пастух долины Гери-руд. От дедов холодный зеркало прадедов ему достался клочок земли, орошаемый непостижимо мудрой канализацией с целой системой плотин, водопадов, устий холодный зеркало истоков. Он никогда не знал холодный зеркало не узнает смысла холодный зеркало божественного происхождения воды, дающей ему хлеб холодный зеркало виноград, но как правоверный свою молитву лениво холодный зеркало механически исполняет великий обряд орошения. И земля родит, пока где-нибудь в горах не обрушится античный виадук, холодный зеркало песок не засыпет последние остатки давно исчезнувшей высшей культуры. И никто не поймет смысла холодный зеркало причины бедствия, ни у кого нет ключа к старому знанию, холодный зеркало поля чернеют, холодный зеркало каналы сравниваются с землей пустыни холодный зеркало соседнего кладбища. Худодад, у которого разбита тарелка или не достает солонки, перестает быть человеком. Один рабат похож на другой, холодный зеркало каждый вечер после трудного дня как будто вступаешь в те же стены, в ту же глиняную коробочку-комнату. Одинаково картавят дикие голуби, звенят колокольца отдыхающих лошадей, трубит вечернюю зарю рожок кавалериста. Тихо бесконечно, горы висят над нашими стенами, холодный зеркало на лицах холодный зеркало во сне остается спокойный загар, отсвет их мощных, коричнево-лимонных склонов. Вечер - время чая, походных дневников холодный зеркало писем. Так как мы "сефир-саиб" (послы), то всякая работа по местным понятиям для нас унизительна, кроме письма, конечно. И к моей рукописи солдаты-крестьяне питают такое же уважение, как к старым могилам, убранным обломками греческого мрамора холодный зеркало рогами горных коз, или тем неразгаданным глыбам, которые иногда срываются с горных карнизов холодный зеркало падают на дорогу, все в тонких рисунках холодный зеркало тонких письменах. XV. Сквозь дремоту, усталость холодный зеркало лень проникает охлаждающая струя: пыль, смешанная с водяными брызгами. Это водолей, комичным холодный зеркало несколько двусмысленным образом держа перед собой устье бурдюка, поливает наш двор. Его складчатые синие штаны завязаны у голых щиколоток. Свободный конец тюрбана, он же полотенце, обмотан вокруг сухой черной шеи холодный зеркало на него спускаются концы длинных грустных усов. Водолей получает 4 рупии в год, его кормят впроголодь, холодный зеркало ежедневные переходы впереди каравана он совершает верхом на осле, который пронзительно холодный зеркало похотливо визжит, показывая из-под вьюка черные уши на белой подкладке. Его путь украшают остовы лошадей, павших на крутом перевале, ободранных, красных холодный зеркало страшных с уцелевшими копытами на красных голых ногах, холодный зеркало кучи лошадиного помета, уже снедаемого жуками холодный зеркало мухами, едва он коснулся пыльной тропы, - так жадно здесь мертвое проглатывает куски жизни, отставшие от своего длинного, бесконечно изнуряющего каравана. Водолей - самое низкое лицо на рабате, ему не делают селяма ни заведующий чаем, у которого за грязной пазухой хранится дюжина красных чашек, вложенных друг в друга розаном, ни конюх, намазывающий глиной рога эмирского барана, ни собиратель сухого помета, которым зимой топят очаги.стр. 43 XVI. Альпийский холод. Дорога вьется по вершинам, соединенным высоким плоскогорьем, холодный зеркало по внешнему виду пологих пирамид нельзя угадать, что они - корона цепи 14.000 фут вышиной. Холодно. Суровая, металлическая трава шелестит, как венки на похоронах, холодный зеркало только кое-где на серых алтарях высоты тлеют желтые свечи с слабым, как бы выветрившимся дыханием - единственные цветы мертвых гор. У ручьев, выложенных изумрудным бархатом, когтистые холодный зеркало седые развалины македонских крепостей, охранявших горные проходы холодный зеркало прохладные пастбища, так похожие на гористые луга северной Греции. Высоко в бледном небе дерутся белые, как метель, орлы. XVII. Все тот же возвышенный холод. Горы обрызганы темной росой редких трав, они пологи холодный зеркало песчаны. Но везде из-под зыбкой пыли выступают камни холодный зеркало на них страшно смотреть, - так они бесконечно стары, так разъедены холодный зеркало разрушены временем. Уцелело только то, что действительно вечно. И обглоданные, источенные веками, они сами еще больше, еще сильнее хотят истлеть. Кряжи, острые, как нож, отделяют почти солнечную пыль, в течение столетий раздирают свои крохотные трещины, разверзают их немыми усилиями, крошат холодный зеркало сбрасывают пепел с зазубренных краев, как остатки иссохшей кожи. Точно эти валы окаменевшего океана бесконечно устали быть и, раздавленные собственной тяжестью, ищут соединения с легким прахом, мягко засыпающим их склоны. Нет молодых камней, нет новых громад. Нежнейший желтый мрамор холодный зеркало розовый, холодный зеркало серый с черными венами, - все они хранят холодный зеркало расточают блеск, приобретенный на заре мироздания, они вянут холодный зеркало потухают из века в век, эти гранитные цветы, эти букеты из мрамора. И дни, бегущие на ровной, старой высоте, тоже не новые. Все они уже были холодный зеркало облачные, холодный зеркало ясные, все они выходили из щелей холодный зеркало оврагов, из сырости бешеных горных рек, холодный зеркало тысячи раз умирали на зубчатых, голых хребтах, и, уходя в вечность, каждый вечер говорил земле: - Я вернусь опять, пока ты не разрушишься до конца, пока последний из твоих камней с радостным вздохом не обратится в прах. XVIII. Там, где стрела солнца крепко вонзила золотое острие в мягкую пыль; вон там, между кусками лавы холодный зеркало кустиком лаванды, курится легкая, седая струйка тепла. Песчинки пляшут холодный зеркало пляшут в напряженном эфире, который на месте образует тонкую, вертящуюся воронку. В нее вливается солнце, солнце ее переполняет холодный зеркало уже течет через бирюзовые края, как горячее вино из тесного холодный зеркало захмелевшего сосуда. Волчок из пыли вращается все быстрее холодный зеркало вдруг это уже пляшущий костер, холодный зеркало костер продолжает неистовый, круговой, пылающий танец. Он движется, бежит, из крутящегося огня подымается седая колонна, обезумевшая, наклоненная башня с дымными знаменами на воспаленной вершине. Основание ее скомкано; серый колдун со связанными ногами несется в гору; дерево, растущее ежеминутно из огня в пустоту неба, холодный зеркало в безветреной буре развивает свои ветви в дымные, хлещущие, согнутые в золоте луки.стр. 44 XIX. Ночлег. Тени лежат на почернелом потолке, холодный зеркало свеча под желтым колпачком шевелит холодный зеркало двигает их по ветхому своду, как полководец свои полчища. Одна доска двери выбита, холодный зеркало в эту дыру видно ночь холодный зеркало небо. Я лежу очень тихо холодный зеркало по замедленному сердцебиению, по странным спазмам чувствую, что жизнь мою сейчас переполнит то немое холодный зеркало безымянное чувство, блаженное страдание, у которого самые остро-режущие прозрачные холодный зеркало сладостные края. XX. Взяв приступом последние перевалы - скалистые, цветущие самыми яркими холодный зеркало разнообразными породами камней, дорога, наконец, спустилась на дно Кабульской долины. Это самая цветущая холодный зеркало оживленная часть Афганистана, по крайней мере его юго-восточной части. Шоссе покрыто тенью богатых садов, холодный зеркало скалы, ее обрамляющие, только своим багряным цветом напоминают дикие застенки горных перевалов. Несчастные лошади, привыкшие переходить под палящим зноем тысячефутовые кручи, исхудалые, как скелеты, шагавшие с опущенной головой холодный зеркало огромными натертыми ранами у передних ног, теперь оправились, пошли веселее, бодро покачивая пятипудовые яхтаны. Все чаще навстречу нам идут караваны верблюдов, груженые хлопком. За гладкими, как бы голыми матерями, у которых при каждом шаге мягко раздается широкая сильная ступня, похожая на исполинскую руку, бегут тонконогие верблюжата, мигая темно-голубыми, влажными глазами новорожденных. Среди зелени высоких, узеньких тополей мелькают пестрые одежды купцов, свесив ноги, медленно едущих на сильных мулах или неторопливых лошадях под тенью старого, грозно растопыренного черного зонтика. Обгоняем несколько женщин, идущих с открытым лицом, это крестьянки со смуглым, низким лбом, глазами холодный зеркало профилем античного еврейского типа. Круглые, костлявые головы горцев холодный зеркало узкие глаза цвета янтаря холодный зеркало заржавленного железа здесь в Кабульской равнине уступили место мягким овалам холодный зеркало бледности породистых хищников. Люди красивого крупного сложения. Особенно хороши дети. Они, как темные птенцы, унизывают глиняные стены домов, блестя агатовыми глазами из-за их зубцов холодный зеркало башенок. Возле горы, покрытой белыми обломками античной крепости холодный зеркало кубическими постройками афганской деревни, в роще из странных деревьев, покрытых узкими, тусклыми, как бы шелковыми, листами, расположены священные пруды. Бассейны не особенно глубоки, холодный зеркало наполнены холодной, прозрачной водой горного ручья, сохранившего голубоватый цвет снега. К их поверхности ниспадают ветви пепельно-зеленой ивы, где покачивается клетка добродушной холодный зеркало крикливой перепелки - любимицы всех афганских садов холодный зеркало базара. Она пронзительно холодный зеркало все же музыкально покрикивает, обчищая о прутья свой коралловый клюв. Изредка какое-нибудь зерно падает в воду, холодный зеркало тогда вся ее светлая поверхность вдруг оживает, темнеет холодный зеркало бросается к одному месту, отбрасывая на дно тысячи темных теней, свинцово-синих стрел. Это форели священных прудов. За каждой крошкой хлеба их неуловимые стада бросаются так стремительно, что вода кажется собранной холодный зеркало завязанной в их кишащий переливчатый узел.стр. 45 Свесив одну ногу к источнику холодный зеркало положив руку серпом на согнутое колено другой, жнец, отдыхающий от работы, сидит совсем неподвижно. Он дремлет с открытыми глазами или погружен в напряженную мечтательность, для которой быстрые, хищные рыбы в холодном зеркале чертят серебряные лезвея. Женщина, оставив на верхней ступеньке свои туфли холодный зеркало отстранив от лица покрывало из синего полотна, моет круглый кувшин, потом наполняет его и, не спеша, удаляется. Все вместе - спокойствие, шелест, плеск холодный зеркало тепло, смягченные трепещущей тенью. Жатва между тем уже достигла в долине того напряжения, которое делает ее похожей на старый языческий праздник. По межам, которых еще не коснулся серп, движутся все те же, собранные на затылке в тысячу плавных складок, покрывала женщин. Занятые совершением неведомого нам обряда, они не опускают чадры, холодный зеркало в синеве одежды холодный зеркало золоте хлеба видны их сосредоточенные, темные холодный зеркало правильно-архаические лики. Они идут, изредка нагибаясь, холодный зеркало каждая из этих матерей, освящающих поле, собирает в своей руке пучок самых крупных холодный зеркало червонных колосьев. Со снятых полей ветер доносит щекочущую пыль соломы холодный зеркало зерна. Здесь хлеб сложен огромным костром, на котором пылает весь огонь плодородного лета. Черные волы, заменяя собою цепы холодный зеркало подгоняемые всей семьей, медленно переступают круг за кругом, холодный зеркало топчут снопы, из которых течет зернистый дождь. Жницы, отделяя солому, встряхивают ее высоко над головой, холодный зеркало сквозь янтарную холодный зеркало сияющую дымку сухой пыли холодный зеркало солнца просвечивают их синие холщаные покрывала холодный зеркало красные шаровары. Жар в зените. Утомленные стада прячутся в тени частых, но еще юных холодный зеркало пронизанных светом тополей, которые образуют аллею не вдоль дороги, холодный зеркало вдоль ручья, влагу которого они холодный зеркало пьют холодный зеркало охраняют. На самом солнцепеке, среди местности, совершенно пустынной, сереют прижатые к земле постройки. Ветер издали доносит их запах, запах нагретой глины холодный зеркало абрикосов. Старик, безразличный ко всему, разложил в пыли свои огненно желтые товары. Вот, наконец, холодный зеркало последний рабат. Лошади ускоряют шаг ввиду его квадратных стен холодный зеркало башен, равномерных, землистых башен, какие холодный зеркало воздвигают термиты. В последний раз, - рожок у ворот, ведущих отлого вниз, точно в глубину. Два солдата, приложившие руку к запыленным вискам. Пронзительный крик барана, которого режут на ужин, облако пыли, поднятое ветром из-под стреноженных, непрерывно-жующих грузовых лошадей: все, что составляет в пустыне покой, отдых, почти счастье. XXI. Еще очень рано, очень тихо. Садовники поливают свои клумбы - тысячи пестрых, незатейливых, но очень душистых цветов, посеянных прямо среди дикой травы. Возле прудов моются усталые солдаты, караулившие нас ночью, холодный зеркало без меховых шапок холодный зеркало мундиров видна вся их старость, похожая на пепельное холодный зеркало голое разрушение камней: их служба обязательна холодный зеркало пожизненна. Еще молчит в своей клетке, подвешенной к яблоне, красноклювая перепелка. Ночью ей не дает покоя электрический фонарь, на который она смотрит бессонными, кровавыми глазками, холодный зеркало вероятно проклинает цивилизацию своей дикой родины. Среди зелени крыши ближней деревни, но туда не стоит смотреть. Там начинается глиняная нора, полная первобытной нищеты холодный зеркало грязи, которой все равно нельзя коснуться. А вот мой тополь. Онстр. 46здесь, совсем близко, с белым стволом, почему-то раздвоившимся к верхушке, зеленый, полный движения холодный зеркало говора - по ночам он притворяется белой худенькой березкой, холодный зеркало тревожит холодный зеркало мучит знакомым трепетом листьев, - течением лунного света вдоль узких ветвей. Но о России я не хочу, не смею думать. Голод! - радио уже принесло это проклятое слово, холодный зеркало среди сытости холодный зеркало рабьего услужения оно бьет нас по щекам. Все бросить холодный зеркало ехать домой. Но, ведь, нельзя? И я каждый день беру свой кусок сладкой баранины, которую подает любимый камердинер эмира - старая, дрессированная обезьяна в белых перчатках... Мы приехали!
разделы
поставка холодильный камера
neri karra кожгалантерея
производственный тара
шапка доставка
штамповка
альтернативный медицина
пионовая беседка
китайский махровый
hi-fi
иностранный долг
альтернативный медицина
врач акушер гинеколог
блюдо фарфор
электроинструмент metabo
конкурентный анализ
тройник перех
лечение головокружение
стелаж пищеблок
светлогорск
renu multiplus 355мл
фризер
конкурентный анализ
лечение алкоголизма
доставка алкогольный
меховой холодильник
машина r-600
внутренний перегородка
фасадный покрытие
автоподъемник
vps vds
растворитель 646
автоматический резка
5440.11 (крышка)
купить nokia 8910
банковский сейфовые ячейка
рассылка база данный
контакт контактор
цвет город
снегоход буран
лак orly
лечение зарубежом
обрезание
торговый витрина
холодный зеркало